загрузка

Аллу не догонят – ч. 3

— Вот это счастье! — говорит Примадонна, увидев вставший перед ней зал. — Если вы встали, стойте! Дайте мне запечатлеть это на всю жизнь.
Аллу не догонят   ч. 3

«Айсберг» оживает, заново перепетый, и в финале речитативом звучит размыслительное: «Кто ты, горе или радость?» И уже недолго до кабареточного стандарта «Возвращение» (единственной прозвучавшей песни Паулса), где сначала играются пьяные обиды («Ну что ты на меня уставился? Хорошенькая?

Мальчишки хвалили… Завтра поговорим!»), а потом мигом льются слезы раскаяния («Ну прости меня, сама не знаю, что говорю»). Соскользнуть в ходульность «Мадам Брошкиной» легко, но нынешняя Пугачева в нее не соскальзывает.

И самой «Брошкиной» в сет-листе нет, кооперативная вампука не в духе времени. А Пугачева остро чувствует этот дух. А она — всё сразу и ничто в отдельности. Она — актриса.

Она использует реквизит. «Позвонила» на «Речной трамвайчик» и пошла по уступам к столику. Любовь вызывающая, любовь последняя, любовь-дура, любовь умирающая — все страстные оттенки блистают в этой жизненности и витальной энергии самой Пугачевой. И это уход со сцены?..

Аллу не догонят   ч. 3
Любовь вызывающая, любовь последняя, любовь-дура, любовь умирающая — все страстные оттенки блистают в этой жизненности и витальной энергии самой Пугачевой

Пугачева настолько свободна в своей экзистенции, что позволяет «объекту» самопародийно подшучивать над «субъектом», в «Тысяче лет» она пальчиком грозит ВИП-зоне: «Тысячи лет мне оказалось мало!» А потом берется за «Зону отчуждения», и тут на сцену является коренастое раскидистое дерево в духе полотен старых голландских пейзажистов, а сама Пугачева — словно Сталкер из одноименного фильма Тарковского.

Борис Краснов выстроил копию загородного дома Пугачевой

И зал стоит все бисы. Стоит на «Примадонне», когда на сцену приземляется копия загородного дома Пугачевой с витыми вензелями АБП.

Стоит на заключительной «Я улетаю», смотрит, как, презрев все многочисленные букеты, Пугачева поднимается по загогулине Краснова всё выше и выше, поднимается по лестнице на самый верх. И, как барон Мюнхгаузен, скрывается в облаках.

У Пугачевой получилось фантастическое двухчасовое шоу. Ну кто — положив руку на сердце — ожидал от нее такой роскоши человеческого общения?

«Нас не догонят»… Какую же едкую шутку выдумали Пугачева и Ротару.

Они уже скрываются в облаках, а ничего равного им всё никак не приходит. А Пугачева усядется на приступок, склонит характерно голову — и не понимаешь уже, где встречал-то такую же точно пухлую бабенцию — в Подмосковье ли, в Свердловске или где-то на турецком курорте, жарко разомлевшую после пары халявных «дринков»…

Аллу не догонят   ч. 3

А Пугачева усядется на приступок, склонит характерно голову…

Под «Любовь» на экране потекли слайды фотосессий разных лет. И каждый снимок — как глава истории эстрады.

В одном узнается вся Стоцкая, в другом — вся Вайкуле, в третьем — Мадонна, а потом Варум, а потом Минелли, а потом Буланова и даже Галкин… И каждый из них — целая жизнь какого-то артиста, и каждый — просто всего-то один из образов Пугачевой.
Фото – Лилия ШАРЛОВСКАЯ, МК

18.10.2012

Похожие статьи: